Национально культурная автономия зарегистрировать сколько стоит

Статья 1

Статья 1. Внести в Федеральный закон от 17 июня 1996 года N 74-ФЗ «О национально-культурной автономии» (Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, N 25, ст. 2965; 2002, N 12, ст. 1093) следующие изменения:

слово «общественное» исключить, слова «определенным этническим общностям» заменить словами «определенной этнической общности, находящейся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории»;

дополнить частью второй следующего содержания:

«Национально-культурная автономия является видом общественного объединения. Организационно-правовой формой национально-культурной автономии является общественная организация.»;

2) статью 3 изложить в следующей редакции:

«Статья 3. Правовое регулирование национально-культурной автономии

Правовое регулирование национально-культурной автономии осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Федеральным законом от 19 мая 1995 года N 82-ФЗ «Об общественных объединениях», другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, а также с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации.

Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, то применяются правила международного договора.»;

3) части вторую — пятую статьи 5 изложить в следующей редакции:

«Национально-культурная автономия может быть местной, региональной, федеральной.

Местные национально-культурные автономии граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, могут образовывать региональную национально-культурную автономию граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности.

Региональные национально-культурные автономии двух и более субъектов Российской Федерации могут создавать органы межрегиональной координации своей деятельности. Такие органы не являются межрегиональными национально-культурными автономиями.

Федеральная национально-культурная автономия граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, учреждается не менее чем половиной зарегистрированных региональных национально-культурных автономий граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности.»;

4) статью 6 изложить в следующей редакции:

«Статья 6. Порядок образования, государственной регистрации, реорганизации и (или) ликвидации национально-культурной автономии

Образование, государственная регистрация, реорганизация и (или) ликвидация национально-культурной автономии осуществляются в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, Федеральным законом от 19 мая 1995 года N 82-ФЗ «Об общественных объединениях» и иными федеральными законами.

Местная национально-культурная автономия учреждается на общем собрании (сходе) гражданами Российской Федерации, относящими себя к определенной этнической общности и постоянно проживающими на территории соответствующего муниципального образования. Учредителями местной национально-культурной автономии наряду с гражданами Российской Федерации могут выступать зарегистрированные общественные объединения граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, действующие на территории соответствующего муниципального образования.

Делегаты местных национально-культурных автономий граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, на конференции (съезде) могут учредить региональную национально-культурную автономию в пределах субъекта Российской Федерации.

Делегаты региональных национально-культурных автономий граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, на съезде могут учредить федеральную национально-культурную автономию.

Национально-культурные автономии образуют руководящие и контрольно-ревизионные органы. Порядок формирования, функции и названия таких органов определяются уставом национально-культурной автономии в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Порядок приема в члены национально-культурной автономии определяется уставом соответствующей национально-культурной автономии.

Государственная регистрация местных, региональных и федеральных национально-культурных автономий производится в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Для государственной регистрации национально-культурной автономии в числе других документов должны быть представлены документы, подтверждающие, что не менее чем за три месяца до проведения учредительной конференции (съезда) федеральной или региональной национально-культурной автономии и не менее чем за один месяц до проведения учредительного собрания (схода) местной национально-культурной автономии были сделаны сообщения о предстоящем учреждении национально-культурной автономии в средствах массовой информации, продукция которых распространяется на соответствующей территории.

Орган юстиции, принявший решение о государственной регистрации национально-культурной автономии, в десятидневный срок направляет данные о государственной регистрации в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий по решению Правительства Российской Федерации ведение реестра национально-культурных автономий. Реестр национально-культурных автономий является открытым для всеобщего ознакомления.»;

5) в части второй статьи 7:

абзац третий дополнить словами «, находящихся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории»;

абзацы четвертый и пятый дополнить словами «, находящимся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории»;

6) утратил силу. — Федеральный закон от 22.08.2004 N 122-ФЗ.

(см. текст в предыдущей редакции)

Развитие национально-культурных автономий — необходимое условие формирования межнационального согласия (на примере Республики Крым) Текст научной статьи по специальности «Право»

МНОГОНАЦИОНАЛЬНОСТЬ / МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ / НАЦИОНАЛЬНАЯ ПОЛИТИКА / НАЦИОНАЛЬНОЕ ЕДИНСТВО / НАЦИЯ / ЭТНОС / АВТОНОМИЯ / НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ АВТОНОМИЯ / РЕСПУБЛИКА КРЫМ / INTERETHNIC RELATIONS / NATIONAL UNITY / NATIONAL POLICY / NATION / ETHNOS / AUTONOMY / NATIONAL AND CULTURAL AUTONOMY / REPUBLIC OF CRIMEA / MULTINATIONAL POPULATION

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Климова Д.В., Обринская Е.К.

На современном этапе развития российского государства влияние национальных факторов на разные стороны жизни общества не только не уменьшилось, а значительно возросло. В статье рассматриваются вопросы, касающиеся деятельности национальных культурных автономий в контексте формирования межнационального согласия (на примере Республики Крым ), проводится анализ литературных источников, а также нормативно-правовой базы, регулирующей указанную сферу общественных отношений, предлагаются пути решения некоторых вопросов, связанных с развитием национальных культурных автономий в Республике Крым . Среди основных направлений государственной национальной политики , по мнению авторов, является создание организационно-правовых и экономических условий для более активного участия институтов гражданского общества, в том числе межнациональных общественных объединений, национально-культурных автономий .

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

The development of national and cultural autonomies is a necessary condition for the formation of interethnic harmony (on the example of the Republic of Crimea)

At the present stage of development of the Russian state, the influence of national factors on different aspects of society has not decreased, but has increased significantly. The article deals with the issues related to the activities of national cultural autonomies in the context of the formation of interethnic harmony (on the example of the Republic of Crimea), the analysis of literary sources, as well as the legal framework governing the specified sphere of social relations, the ways of solving some issues related to the development of national kudturnyh autonomies in the Republic of Crimea. Among the main directions of the state national policy, according to the author, is the creation of organizational, legal and economic conditions for more active participation of civil society institutions, including interethnic public associations, national and cultural autonomies.

Текст научной работы на тему «Развитие национально-культурных автономий — необходимое условие формирования межнационального согласия (на примере Республики Крым)»

Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Юридические науки. — 2019. — Т. 5 (71). № 2. — С. 22-27.

УДК 342.724; 323.1

РАЗВИТИЕ НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫХ АВТОНОМИЙ — НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ ФОРМИРОВАНИЯ МЕЖНАЦИОНАЛЬНОГО СОГЛАСИЯ (НА ПРИМЕРЕ РЕСПУБЛИКИ КРЫМ)

Климова Д. В., Обринская Е. К.

Крымский филиал Краснодарского университета МВД России

На современном этапе развития российского государства влияние национальных факторов на разные стороны жизни общества не только не уменьшилось, а значительно возросло. В статье рассматриваются вопросы, касающиеся деятельности национальных культурных автономий в контексте формирования межнационального согласия (на примере Республики Крым), проводится анализ литературных источников, а также нормативно-правовой базы, регулирующей указанную сферу общественных отношений, предлагаются пути решения некоторых вопросов, связанных с развитием национальных культурных автономий в Республике Крым. Среди основных направлений государственной национальной политики, по мнению авторов, является создание организационно-правовых и экономических условий для более активного участия институтов гражданского общества, в том числе межнациональных общественных объединений, национально-культурных автономий.

Ключевые слова: многонациональному межнациональные отношения, национальная политика, национальное единство, нация, этнос, автономия, национально-культурная автономия, Республика Крым.

Исторически сложилось так, что в Российской Федерации, учитывая ее многонациональный состав населения, существовали и продолжают существовать проблемы в сфере национально-этнических взаимоотношений, что оказывает существенное влияние на современное состояние межнационального общения, и в целом, на стабильность общества и развитие государства. Поэтому очевидным является необходимость формирования и развития национальной идеи российского общества.

Только то государство, где существует единая идея, может быть целостным организмом, способным объединять миллионы своих граждан с различными чувствами, эмоциями, взглядами и путем реализации правовой политики выражать их волю, направленную на достижение общих ценностей. А особенное значение это имеет для такой многонациональной страны, как Россия, где проживают представители более чем 190 народов, каждый из которых обладает индивидуальными особенностями [6, с. 221].

Существует значительное количество публикаций, которые посвящены исследованию межнациональных отношений в целом, и конституционно-правовому статуса национально-культурных автономий. Различные теоретические и практические аспекты достаточно полно раскрыты в работах таких авторов, как С. А. Авакьяна, Л. В. Андриченко, С. С. Алексеева, М. В. Баглая, А. А. Безуглова, Н. А. Бердяева, В. Ю. Зорина, О. Е. Кутафина, В.П. Сальникова, В. А. Тишкова, А. Г. Тимофеева, В. Е. Чиркина, Т. Я. Хабриевой, Ю. А. Шульженко, Б. С. Эбзеева и других. Исследования вышеназванных авторов имеют важное значение, вместе с тем, нельзя не признать, что в целом теоретическая разработка в этом направлении должна быть продолжена.

Проанализировав литературные источники, мы пришли к выводу, что в современной научной мысли «нацию» трактуют либо как этнос, либо как гражданство. Вместе с тем считаем необходимым подчеркнуть важность как этнической, так и государственной составляющей в современном понимании нации, и согласимся с авторским определением нации, которое дает Л. А. Стешенко, определяя ее как общность со сложившимся устойчивым самосознанием своей идентичности, а также территориально-языковым и экономическим единством, которое в дальнейшем под влиянием интеграционных и миграционных процессов проявляет себя неоднозначно, нередко утрачивая свое определяющее значение [13].

В свою очередь, Н. А. Бердяев, рассматривая вопрос о связи нации и государства, писал, что через государство нация раскрывает все свои потенции. С другой стороны, государство должно иметь национальную основу, национальное ядро, хотя племенной состав государства может быть очень сложным и многообразным. Тем самым автор подчеркивал, что потеря нацией своей самостоятельности и суверенности «есть великое несчастье, тяжелая болезнь, калечащая душу нации» [2].

Отметим, что на современном этапе историческое единство российских народов, формировавшееся веками, воссоздается. Однако, этот процесс длительный и требует усилий всего государства и общества. Для реализации поставленной цели принимаются системные государственные меры, которые определены Федеральной целевой программой «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России», Стратегией государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года, Стратегией национальной безопасности Российской Федерации, а также иными нормативными правовыми актами.

Немаловажная роль в этом вопросе по праву принадлежит национальным культурным автономиям.

Автономия, как форма урегулирования межнациональных отношений и разрешения межэтнических конфликтов, широко используется во многих странах. Российская Федерация не является исключением, и гарантирует право всем этническим общностям, компактно проживающим вне своих национально-государственных образований, или не имеющим своей государственности, на национально — культурную автономию [11, ст. 21].

Федеральный Закон «О национально-культурной автономии» определяет ее как «форму национально-культурного самоопределения, представляющую собой объединение граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, находящейся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории, на основе их добровольной самоорганизации в целях самостоятельного решения вопросов сохранения самобытности, развития языка, образования, национальной культуры, укрепления единства российской нации, гармонизации межэтнических отношений, содействия межрелигиозному диалогу, а также осуществления деятельности, направленной на социальную и культурную адаптацию и интеграцию мигрантов» [10, ст.1].

Законодательство также содержит положение о том, что организационно -правовой формой национально-культурных автономий является общественная организация. Ст. 5 Федерального Закона «О национально-культурной автономии» отмечено, что национально-культурная автономия может быть нескольких видов: федеральной, региональной и местной [10, ст.5].

К местным принадлежат те национально -культурные автономии, деятельность которых распространяется на территорию соответствующего муниципального образования. В пределах определенного субъекта федерации местные национально-культурные автономии могут создать региональную национально-культурную автономию. Федеральная национально-культурная автономия может быть создана на съезде делегатами региональных в том случае, когда региональные национально -культурные автономии граждан, которые относят себя к определенной этнической общности, созданы в двух или более субъектах России.

Закрепленная Законом дефиниция «национально-культурной автономии» получила массовое одобрение в научной литературе. Так, В.Е. Чиркин, определяя понятие автономии, не случайно на первое место ставит именно национальные особенности. По его мнению, автономия — это учет национальных, культурных, исторических, географических и других особенностей в государственном строительстве и в этнических отношениях в обществе. Такие особенности могут быть учтены путем создания особых органов, которые занимаются вопросами культуры и некоторыми другими жизненными аспектами тех или иных национальностей (национально -культурная автономия) [15, с. 181]. При этом, В.Е. Чиркин подчеркивает, что право на национально-культурную автономию не является правом на национально-территориальное самоопределение, а осуществление права на национально-культурную автономию той или иной этнической группой не должно наносить ущерба интересам других этнических общностей.

В свою очередь, М. В. Баглай отмечает, что национально-культурные автономии — это способ защиты национальных интересов граждан в процессе выбора ими путей и форм своего национально-культурного развития [1].

Т. Я. Хабриева, исследуя вопросы национально-культурных автономий, считает, что это «определенный проводник национальной политики» [14], то есть форма совместной реализации гражданами различных национальностей своего права на сохранение самобытности, а также форма реализации индивидуальных и коллективных прав, которую осуществляют граждане путем участия в национально-культурной автономии совместно.

Вместе с тем нельзя не отметить и критику со стороны некоторых исследовате-лей-государствоведов. Так, Л. А. Морозова достаточно критично указывает, что Федеральный Закон «О национально-культурной автономии» имеет декларативный характер и не формулируют новых принципов, приоритетов, которые отвечают современному этапу развития российской государственности [7, с. 125]. Аналогичного мнения придерживается Т.А. Васильева, которая считает, что в указанном нормативно-правовом акте отсутствуют четкие юридические критерии и процедуры индивидуальной и групповой идентификации национальных меньшин и коренных малочисленных народов. В связи с этим возникают серьезные проблемы и по определению прав представителей различных видов этнических групп [3, с. 79].

Считаем, что действующее российское законодательство предоставляет национально-культурным автономиям определенные возможности по обеспечению прав граждан на сохранение и развитие национальной культур, на выбор языка воспитания и образования, сохранение национальной самобытности, а также наделяет органы исполнительной власти обязанностями содействовать в этой деятельности национально-культурным автономиям. Кроме этого, органы государственной власти

обязуются обеспечить право на освещение их деятельности в средствах массовой информации.

Очевидным является тот факт, что национально-культурные автономии являются действенным механизмом в формировании межнационального мира и согласия, укрепления национального единства, в реализации прав и свобод граждан.

О том, что такая форма этнической самоорганизации как национально -культурная автономия является востребованной в нашей стране говорит статистика. Так, по данным информационного портала Министерства юстиции России [4], по состоянию на 23 декабря 2018 года, на территории России зарегистрировано 1232 национально-культурных автономий, из них 95 зарегистрированы в Крыму. Из них статус региональных имеют 15 (болгарская, крымско -татарская, немецкая, азербайджанская, греческая, белорусская, армянская, национально-культурная автономия молдаван, крымских караимов, осетин, корейцев, эстонцев, евреев, украинцев). Стоит отметить, что именно в Республике Крым количество национально -культурных автономий больше, чем в других российских республиках.

Все они успешно функционируют на территории Республики Крым: участвуют в урегулировании и профилактике межэтнических конфликтов, содействуют интеграции российских граждан, укреплению дружбы народов, активно участвуют в решении задач государственной национальной политики, в том числе миграционной (включая социальную и культурную адаптацию мигрантов), содействуют развитию межкультурного диалога, укреплению единства нации, популяризации идей толерантности в обществе, гармонизации межнациональных отношений.

Таким образом, национально-культурные общественные объединения призваны непосредственно выражать интересы жителей Республики Крым и способствовать более гибкому учету их национально-культурных запросов [5], вместе с тем, несмотря на достаточно большой потенциал национально-культурных автономий, в своей деятельности они сталкиваются с определенными трудностями, разрешить которые возможно только при эффективном сотрудничестве органов государственной власти и институтов гражданского общества с данными организациями.

Стратегией государственной национальной политики [12], которая является своеобразной мини-конституцией в межнациональных отношениях, отмечено, что для укрепления общероссийской гражданской идентичности значимым событием послужило принятие в Российскую Федерацию Республики Крым и образование в составе Российской Федерации новых субъектов — Республики Крым и города федерального значения Севастополя. Воссоединение Крыма с Россией способствовало патриотическому подъему граждан, а также дальнейшей реализации мер государственной национальной политики.

И, безусловно, отмеченный Стратегией факт, это не случайность.

Республика Крым, будучи полиэтничным, поликонфессиональным и поликультурным регионом, по праву считается удивительным уголком на планете. Более 170 народностей и национальностей со своими индивидуальными особенностями одновременно проживают на его территории, а герб Крыма символично гласит о «Процветании в единстве». Вместе с тем, реализовать Крымский девиз невозможно без поэтапной системной работы государства, научных и общественных организаций, граждан.

Национально-культурные автономии являются равноправными партнерами органов публичной власти, принимают активное участие в реализации основных положений Стратегии государственной национальной политики. Учитывая вышеизложенное, считаем необходимым развивать национально-культурные автономии с целью дальнейшего формирования межнационального согласия и укрепления национального единства.

Среди основных направлений государственной национальной политики, указанных Стратегией, является создание организационно-правовых и экономических условий для более активного участия институтов гражданского общества, в том числе межнациональных общественных объединений, национально-культурных автономий. Для реализации этого положения считаем необходимым дальнейшую разработку соответствующего правового механизма государственной поддержки. Только существование прочной правовой основы позволит поэтапно и эффективно гармонизировать межнациональные отношения и укреплять межнациональный диалог.

1. Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации. Учебник для вузов. 3-е изд. М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА — М, 2002. — 640 с.

2. Бердяев Н. А. Русская идея. Основные проблемы русской философии XIX века и начала XX века // О России и русской философской литературе. Философы русского постоктябрьского зарубежья. — М.: Наука, 1990 — 258 с.

3. Васильева Т. А. Многонациональное государство и устойчивое развитие // Права человека как фактор стратегии устойчивого развития / Отв. ред. Е. А. Лукашева. — М.: Издательство НОРМА, 2000. — С. 70-89.

4. Информация о национально-культурных автономиях. [Электронный ресурс] / Информационный портал Министерства юстиции России. Режим доступа — URL: http://unro.minjust.ru/nKAs.aspx#.

5. Информация о деятельности Государственного комитета по делам межнациональных отношений и депортированных граждан Республики Крым (далее — Государственный комитет) за 2017 год [Электронный ресурс] / Портал Правительства Республики Крым. Режим доступа — URL: https://gkmn.rk.gov.ru/ru/structure/259

6. Климова Д. В. Развитие нации как необходимое условие сохранения государственности / // Право и государство: проблемы методологии, теории и истории: материалы Международной научно-практической конференции, 10 мая 2018 г./ редкол.: Л. В. Карнаушенко, И. В. Яблонский, Г. П. Курдюк. — Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2018. — с. 220-223.

7. Морозова Л. А. Проблемы современной российской государственности: Учебное пособие. — М.: Юрид. лит., 1998. — 256 с.

8. О стратегии национальной безопасности Российской Федерации» [Электронный ресурс]: Указ Президента РФ от 31.12.2015 №683 // СПС «Консультант плюс». — Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_191669/.

9. О федеральной целевой программе «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России (2014 — 2020 годы) [Электронный ресурс]: // СПС «Консультант плюс». -Режим доступа — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_151043/.

10. О национально-культурной автономии: Федеральный закон РФ от 17 июня 1996 г. №74-ФЗ [Электронный ресурс]: // СПС «Консультант плюс». — Режим доступа — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_10722/

11. Основы законодательства Российской Федерации о культуре: Федеральный закон РФ от 9 октября 1992 г. №3612-1 [Электронный ресурс]: // СПС «Консультант плюс». — Режим доступа — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_1870/

12. О Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года [Электронный ресурс]: Указ Президента РФ от 19.12.2012 №1666 // СПС «Консультант плюс». -Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons doc LAW 139350/.

13. Стешенко Л.А. Правовая политика России в сфере национальных отношений : Теоретическое и историко-правовое исследование : диссертация . доктора юридических наук : 12.00.01. — Москва. 2003. — 325 с.

14. Хабриева Т. Я. Национально-культурная автономия в Российской Федерации. — М.: Юридический Дом «Юстицинформ», 2003. — 256 с.

15. Чиркин В. Е. Современное государство. — М. : Междунар. отношения, 2001. — 416 с.

KnuMoea ff. B., 06puHCKan E. K.

Klimova D.V. Obrinskaya E.K.The development of national and cultural autonomies is a necessary condition for the formation of interethnic harmony (on the example of the Republic of Crimea) // Scientific notes of V. I. Vernadsky crimean federal university. Juridical science. — 2019. — T. 5 (71). № 2. — P. 2227.

Key words: interethnic relations, national unity, national policy, nation, ethnos, autonomy, national and cultural autonomy, Republic of Crimea, multinational population.

1.Baglaj M. V. Konstitucionnoe pravo Rossijskoj Federacii. Uchebnik dlya vuzov. 3-e izd. M.: Izdatel’skaya gruppa NORMA-INFRA — M, 2002. — 640 s.

2.Berdyaev N. A. Russkaya ideya. Osnovnye problemy russkoj filosofii XIX veka i nachala XX veka // O Rossii i russkoj filosofskoj literature. Filosofy russkogo postoktyabr’skogo zarubezh’ya. — M.: Nauka, 1990 — 258 s.

3.Vasil’eva T. A. Mnogonacional’noe gosudarstvo i ustojchivoe razvitie // Prava cheloveka kak faktor strate-gii ustojchivogo razvitiya / Otv. red. E. A. Lukasheva. — M.: Izdatel’stvo NORMA, 2000. — S. 70-89. 4.Informaciya o nacional’no-kul’turnyh avtonomiyah. [EHlektronnyj resurs] / Informacionnyj portal Minister-stva yusticii Rossii. Rezhim dostupa — URL: http://unro.minjust.ru/nKAs.aspx#.

5.Informaciya o deyatel’nosti Gosudarstvennogo komiteta po delam mezhnacional’nyh otnoshenij i deportiro-vannyh grazhdan Respubliki Krym (dalee — Gosudarstvennyj komitet) za 2017 god [EHlektronnyj resurs] / Portal Pravitel’stva Respubliki Krym. Rezhim dostupa — URL: https://gkmn.rk.gov.ru/ru/structure/259

6.Klimova D. V. Razvitie nacii kak neobhodimoe uslovie sohraneniya gosudarstvennosti / // Pravo i gosudar-stvo: problemy metodologii, teorii i istorii: materialy Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii, 10 maya 2018 g./ redkol.: L. V. Karnaushenko, I. V. YAblonskij, G. P. Kurdyuk. — Krasnodar: Krasnodarskij universitet MVD Rossii, 2018. — s. 220-223.

7.Morozova L. A. Problemy sovremennoj rossijskoj gosudarstvennosti: Uchebnoe posobie. — M.: YUrid. lit., 1998. — 256 s.

8.O strategii nacional’noj bezopasnosti Rossijskoj Federacii» [EHlektronnyj resurs]: Ukaz Prezidenta RF ot 31.12.2015 №683 // SPS «Konsul’tant plyus». — Rezhim dostupa: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_191669/.

9.O federal’noj celevoj programme «Ukreplenie edinstva rossijskoj nacii i ehtnokul’turnoe razvitie narodov Rossii (2014 — 2020 gody) [EHlektronnyj resurs]: // SPS «Konsul’tant plyus». — Rezhim dostupa — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_151043/.

10. O nacional’no-kul’turnoj avtonomii: Federal’nyj zakon RF ot 17 iyunya 1996 g. №74-FZ [EHlektronnyj resurs]: // SPS «Konsul’tant plyus». — Rezhim dostupa — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_10722/

11. Osnovy zakonodatel’stva Rossijskoj Federacii o kul’ture: Federal’nyj zakon RF ot 9 oktyabrya 1992 g. №3612-I [EHlektronnyj resurs]: // SPS «Konsul’tant plyus». — Rezhim dostupa — URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_1870/

12. O Strategii gosudarstvennoj nacional’noj politiki Rossijskoj Federacii na period do 2025 goda [EHlektronnyj resurs]: Ukaz Prezidenta RF ot 19.12.2012 №1666 // SPS «Konsul’tant plyus». — Rezhim dostupa: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_139350/.

13. Steshenko L.A. Pravovaya politika Rossii v sfere nacional’nyh otnoshenij : Teoreticheskoe i istoriko-pravovoe issledovanie : dissertaciya . doktora yuridicheskih nauk : 12.00.01. — Moskva, 2003. — 325 s.

14. Habrieva T. YA. Nacional’no-kul’turnaya avtonomiya v Rossijskoj Federacii. — M.: YUridicheskij Dom «YUsticinform», 2003. — 256 s.

15. CHirkin V. E. Sovremennoe gosudarstvo. — M. : Mezhdunar. otnosheniya, 2001. — 416 s.

Национально-культурная автономия как форма этнической самоорганизации: законодательные основы и практика Оренбургской области Текст научной статьи по специальности «Политологические науки»

Текст научной работы на тему «Национально-культурная автономия как форма этнической самоорганизации: законодательные основы и практика Оренбургской области»

Оренбургский государственный педагогический университет E-mail: S-deryabina@yandex.ru

НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНАЯ АВТОНОМИЯ КАК ФОРМА ЭТНИЧЕСКОЙ САМООРГАНИЗАЦИИ: ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ ОСНОВЫ И ПРАКТИКА

Национально-культурная автономия (НКА) — одна из форм этнонациональной консолидации отдельных этносов, являющихся национальными меньшинствами на определенной территории. Она дает возможность обеспечения специфических культурных запросов этих групп населения. В статье рассматриваются общие принципы формирования НКА, а также их роль в удовлетворении этнокультурных запросов многонационального населения Оренбургской области.

Ключевые слова: национально-культурная автономия, этнонациональные интересы, этнические общности, мероприятия НКА.

Национально-культурная автономия — это форма добровольного общественного объединения, действующая в государстве с многонациональным составом населения. Такая форма позволяет консолидировать усилия национальных общественных объединений во взаимодействии с государственными органами для сохранения самобытности соответствующей этнической общности (нации, народа, национальности). Эта форма этнической самоорганизации позволяет сочетать единство государства с укреплением единства этноса, его самовыражением и самоорганизацией. Национальнокультурная автономия, в отличие от территориальной, обеспечивает право на сохранение и развитие самобытного существования разрозненно проживающих на территории страны этносов. НКА дает возможность создания общественных объединений различных масштабов: в рамках административных единиц, одного или нескольких субъектов Федерации, общефедерального уровня.

Федеральный закон «О национальнокультурной автономии» был принят 17 июля 1996 г. [1]. Он явился первым федеральным законом, определяющим правовые основы национально-культурной автономии в РФ и создающим правовые условия взаимодействия государства и общества для защиты этнонациональ-ных интересов граждан РФ в процессе выбора ими путей и форм своего национально-культурного развития. Принятие такого закона было обусловлено рядом причин внешнего и внутреннего порядка. К числу первых относится вступление в феврале 1996 г. России в Совет Европы и необходимость приведения россий-

ского законодательства в соответствие с европейскими требованиями о защите прав этнических и языковых меньшинств. Внутренние причины связаны с особенностями населения нашей страны и требованиями Конституции РФ, в первой строке которой зафиксировано, что народ нашей страны многонационален. Кроме того, в середине 90-х гг. федеральные власти были весьма заинтересованы в переводе этно-национальной активности и консолидации населения из общественно-политического русла в общественно-культурное.

Согласно закону право на национальнокультурную автономию принадлежит всем российским народам (этносам), как имеющим свои государственно-административные образования, так и не имеющим, как численно крупным народам, так и малочисленным. При этом закон не определяет ни понятие народа, ни понятие этноса, так как в соответствии с Конституцией РФ каждый вправе определять свою этнонаци-ональную принадлежность, и никто не может быть принужден к определению и указанию своей этнонациональной принадлежности.

Положения закона неоднозначно были восприняты некоторыми этнонациональными организациями, отмечавшими его недостатки. Оценивая НКА, Совет немцев России и Общество немцев РФ «Видергебурт» указали, что закон предусматривает такое распределение прав и обязанностей по поддержке национальной культуры и языка между государством и структурами НКА, которое исключает реальное самоуправление в этой важной сфере. Это особенно заметно в вопросах финансирования, принятия решений по проектам и программам

поддержки культуры. Также отмечалось, что порядок формирования НКА исключает из этого процесса граждан, не входящих в соответствующие общественные объединения, что практически лишает права на участие в общественном самоуправлении подавляющее число представителей национальных меньшинств. Среди недостатков закона отмечалось отсутствие у НКА каких-либо представительных полномочий [2, л. 2]. Косвенным доказательством определенного несовершенства закона является тот факт, что с момента принятия он редактировался семь раз.

НКА в РФ — это форма национально-культурного самоопределения, представляющая собой общественное объединение граждан РФ, относящих себя к определенным этническим общностям, на основе их добровольной самоорганизации в целях самостоятельного решения вопросов сохранения, самобытности, развития языка, образования, национальной культуры. Основы прав на НКА изложены в статьях Конституции РФ: ст. 19, ст. 26, ст. 68, ст. 69.

Национально-культурная автономия охватывает все, что относится к сохранению и созданию этнонациональной культуры в ее широком понимании (в том числе право на защиту среды обитания народа, сохранение в ней естественных природных условий). Право на НКА наиболее актуально для национальных (этнических) меньшинств, так как крупные народы, составляющие большинство в стране, могут использовать для своего культурного развития различные государственные механизмы.

Национальные (этнические) меньшинства (как отдельно, так зачастую и все вместе) не могут располагать большинством голосов во властных учреждениях. Поэтому в современных цивилизованных обществах НКА рассматриваются как гарантии реального равноправия всех народов. В ст. 8 «Декларации о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам», принятой Резолюцией 47/135 Генеральной Ассамблеи ООН от 18 декабря 1992 г., указано: «Меры, принимаемые государствами с целью обеспечения и эффективного осуществления прав, изложенных в настоящей Декларации, не считаются prima facie противоречащими принципам равенства, закрепленными во Всеобщей

декларации прав человека» [3]. НКА в Российской Федерации организуются на принципах свободного волеизъявления граждан при отнесении себя к определенной этнической общности, самоорганизации и самоуправления, многообразия форм внутренней организации НКА, сочетания общественной инициативы с государственной поддержкой, уважения языка, культуры, традиций и обычаев граждан различных этнических общностей, законности.

В соответствии с законом НКА может ставить своей целью не только развитие национального самосознания конкретного народа в целом, но и отдельных его элементов: музыкальной культуры, кустарных промыслов, развитие языка, радиовещания на конкретном языке. Возможны такие формы организации НКА, как установление культурных связей между родственными народами, между соседними народами и т. п.

В Оренбургской области, для которой мно-гоэтничность является данностью географического положения и исторического развития, закон о НКА начал успешно реализовываться уже в конце 90-х годов. На начало 1999 г. органами юстиции области было зарегистрировано 8 национально-культурных автономий. Особую активность и стремление к консолидации в форме НКА проявили представители казахского и татарского населения Оренбуржья. С момента принятия соответствующего закона в области было создано 6 местных НКА -4 казахских и 2 татарских. В 1998 г. на их базе были созданы 2 региональные НКА — татарская и казахская. Необходимо отметить, что общественность неоднозначно относилась к идее реализации НКА, так как в период «бунтующей этничности», каковым был период 90-х годов в истории российского федерализма, национально-культурную автономию ассоциировали с территориальной [4, с. 12].

Первая половина 2000-х годов продемонстрировала определенную положительную динамику в организации НКА в Оренбургской области. К 2005 г. 10 этнонациональных объединений были зарегистрированы в форме НКА. К татарским и казахским НКА области присоединились еврейские городские НКА Оренбурга и Орска [5, с. 5]. В настоящее время в Оренбургской области зарегистрированы 18 национально-культурных автономий раз-

личных уровней. Наиболее активно в создании НКА проявило себя татарское население. Его этнокультурные запросы реализуют 5 НКА. Татарские НКА местного уровня созданы в Абдулинском, Асекеевском, Матвеевском районах области. Кроме того, существуют Оренбургская городская и Оренбургская региональная татарские автономии. Этнонациональную консолидацию чувашского народа в Оренбуржье представляют 4 НКА. Они организованы в Абдулинском и Грачевском районах, а также в городе Бузулуке в 2007 г. В 2008 г. зарегистрирована Оренбургская региональная национально-культурная чувашская автономия. Евреи, проживающие в Оренбургской области, реализовали свое право на создание НКА в форме 2-х организаций: региональной, а также городской еврейской НКА Оренбурга. Достаточно многочисленное казахское население Оренбуржья представлено одной НКА, имеющей региональный статус. Среди этнических групп, недавно ставших массовыми на территории области, следует отметить усилия таджикской диаспоры, которые привели к созданию 3-х таджикских НКА — городских в Орс-ке и Оренбурге и региональной. В Оренбурге представлены НКА немцев и киргизов; в Северном районе области — мордовская НКА [6].

Руководители ряда НКА входят в Совет по делам национальностей при губернаторе Оренбургской области, который призван оказывать содействие в повышении эффективности деятельности национально-культурных общественных объединений и автономий в процессе реализации государственной национальной политики. В задачи совета входит способствование финансированию проведения праздников национальных культур из бюджета области; ходатайство перед органами государственной власти о расширении национальных программ на телевидении; содействие финансированию издания газет, учрежденных национальными центрами [7].

Деятельность национально-культурных автономий сосредоточена в основном в области презентации культурных ценностей своих этнических общностей. Такими ценностями являются прежде всего язык, традиции, обычаи, фольклор, которые должны сохраняться не только в социокультурной среде отдельного народа, но и транслироваться в

пространство межнационального общения, обогащая его и способствуя распространению взаимопонимания и толерантности в полиэт-ничной среде. НКА Оренбуржья принимают активное участие в праздниках и фестивалях национальных культур.

Среди традиционных мероприятий, проводимых татарскими НКА, можно отметить праздник земледельцев Сабантуй и мусульманский Рамазан. Крупными событиями для татарской общественности области стали 100-летний юбилей библиотеки им. Ямаше-ва и татарской газеты «Яна Вакыт», 100 лет со дня рождения татарского поэта М. Джалиля. В организации юбилейных торжеств активно участвовали НКА. Традиционно татарские НКА уделяют большое внимание организации изучения татарского языка в школах области. Чувашские НКА проводят мероприятия посвященные просветителю И. Яковлеву. Еврейская НКА Оренбурга организует ежегодное празднование Песаха. С такой же регулярностью проводится общинный фестиваль еврейской книги. Недавно организованная таджикская НКА г. Орска в целях объединения представителей своего этноса проводит празднование Науруза. Новый этап жизни и деятельности НКА начался после принятия в 2004 г. решения о строительстве в Оренбурге Национальной деревни. В настоящее время проект реализован и стал площадкой широкой и полноценной презентации национальных традиций и культур [5, с. 7].

Деятельность НКА Оренбуржья сопровождается определенными трудностями объективного характера. Среди них можно отметить следующие:

— на федеральном уровне не создано органа по координации деятельности национальнокультурных автономий РФ, равно как и федерального органа государственной власти, призванного заниматься национальной политикой в общероссийском масштабе;

— национально-культурным автономиям не предусмотрены какие-либо преимущества в сравнении с другими общественным организациями, что влечет за собою последствия материальной и правовой недееспособности. Сами НКА заинтересованы в государственнообщественном статусе своих объединений. Существенный недостаток закона — отсут-

ствие четкого механизма его реализации, которое делает его выполнение добровольным делом для чиновников;

— отсутствует четкая регламентация выделения средств на национальную политику. Финансовая поддержка, которую получают НКА от органов государственной власти и местного самоуправления, является, скорее, актом доброй воли и носит минимальный характер. Представители НКА считают, что эти средства должны составлять определенный процент от бюджета области. Закон об НКА определяет, что финансирование деятельности, связанной с реализацией прав НКА, осуществляется за счет средств НКА, их учреждений и организаций, частных лиц, и только потом -из бюджета регионов. Но возможности финансирования деятельности НКА за счет собственных и привлеченных средств весьма ограничены. Необходимо оказывать помощь НКА в организации и развитии коммерческих проектов, чтобы полученные средства можно было использовать для реализации обозначенных в законе прав национально-культурных автономий. Особенно остро финансовый вопрос стоит в сфере издания газет на языках крупных этнонациональных групп населения области. Он постоянно возникает в ходе диалога этно-национальных организаций с представителями областной власти [4, с. 11; 8, с. 16].

— не произошло существенных изменений в расширения прав НКА на реализацию статьи 11 «Закона о НКА», которая закрепляет права национально-культурных автономий на получение основного общего образования на

национальном (родном) языке и на выбор языка воспитания и обучения [1]. Не возрастает, а в некоторых случаях сокращается, количество школ с изучением этнонациональных языков и преподаванием на нем. Например, если в 1999 г. татарский язык как предмет изучался в 78 школах области [4, с. 50], то в 2004 г. — в 69 [6, с. 14]. Поэтому особенно часто этот вопрос поднимается татарскими НКА, которые последовательно выступают за создание классов, учебных групп, образовательных учреждений с обучением на русском языке и изучением родного языка как школьного предмета. Указанные формы сохранения языка считаются ими наиболее жизнеспособными и перспективными, поэтому на их реализацию следует направлять основные усилия и средства;

— одна из острых проблем, с которыми приходится сталкиваться НКА — эфирное время, выделяемое для освещения деятельности НКА на областном радио и телевидении, сокращение теле- и радиопередач редакции межнационального вещания на ГТРК «Оренбург» [9].

Таким образом, претензии НКА показывают, что сохраняется значительный дисбаланс между формальными правами национальнокультурных автономий и реальной возможностью их реализации. Закон «О национальнокультурной автономии» пока не использовал свой потенциал действенным образом для укрепления этнополитической стабильности и единства российского общества при сохранении национальной идентичности и гражданственности составляющих его народов.

1. Российская газета. — 1996. — 25 июня. — №118.

2. Центр документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО). Ф. 8083. Оп. 1. Д. 17.

3. Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам. Резолюция 47/135 Генеральной Ассамблеи ООН от 18 декабря 1992 года [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www1.umn.edu/humanrts/instree/Rd5drm.html (дата обращения: 03.04.2012).

4. Амелин, В.В. Этнополитическая ситуация и межэтнические отношения в Оренбуржье. — Оренбург: [б. и.], 1999. — 44 с.

5. Региональная этнокультурная политика, межэтнические и этноконфессиональные отношения в Оренбуржье. Ежегодный доклад. 2004. — Оренбург: Издательский центр ОГАУ, 2005. — 63 с.

6. Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Оренбургской области [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.minjust56.ru (дата обращения: 03.04.2012).

7. Указ Губернатора Оренбургской области «Об образовании совета по делам национальностей при Губернаторе Оренбургской области» от 25.08.2010 №171-УК [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.mininform.orb.ru/ org/nacsovet.html (дата обращения: 03.04.2012).

8. Приволжский федеральный округ. Сеть этнологического мониторинга и раннего предупреждения конфликтов. Бюллетень №7, 16-28 февраля 2001 г. — М.: Издательство ИЭА РАН, 2001. — 70 с.

9. Узбеков, И.Г. Реализация закона РФ «О национально-культурной автономии» на региональном уровне. Проблемы и перспективы // Яна вакыт. — 2007. — №19.

Сведения об авторе:

Дерябина Светлана Римовна, доцент кафедры всеобщей истории Оренбургского государственного педагогического университета, кандидат исторических наук 46OOOO, г. Оренбург, ул. Советская, 19, ауд. 435, тел. (3532) 776929, e-mail: S-deryabina@yandex.ru

Orenburg state pedagogical university E-mail: S-deryabina@yandex.ru

NATIONAL-CULTURAL AUTONOMY AS A FORM OF ETHNIC SELF-ORGANISATION: THE LEGAL BASIS AND PRACTICE OF THE ORENBURG REGION

National-cultural autonomy (NCA) — one of the forms of ethno-national consolidation of the individual ethnic groups, which are national minorities in a particular area. It gives the possibility to provide the specific cultural needs of these population groups. The author considers general principles of formation of the NCA, as well as their role in meeting the ethno-cultural demands of the multinational population of the Orenburg region.

Key words: national-cultural autonomy, ethnic interests, ethnic communities, activities of the NCA.

1. Russian newspaper. — 1996. — June 25. — №118.

2. Documentation Centre of Contemporary History of the Orenburg region (DCCHOO). F. 8083. In. 1. C. 17.

3. Declaration on the rights of persons belonging to national or ethnic, religious and linguistic minorities. Resolution 47/135 United Nations General Assembly on December 18, 1992 [Electronic resource]. — Access mode: http://www1.umn.edu/ humanrts/instree/Rd5drm.html (date accessed: 03.04.2012).

4. Amelin, V.V. Ethno-political situation and ethnic relations in the Orenburg region. — Orenburg, 1999. — 44 p.

5. Regional ethnic and cultural politics, ethnic and ethno-confessional relations in the Orenburg region. Annual report. 2004. -Orenburg: Publishing Center of OgAu, 2005. — 63 p.

6. Office of the Ministry of Justice of the Orenburg region [Electronic resource]. — Access mode: http://www.minjust56.ru (date accessed: 03.04.2012).

7. Decree of the Governor of the Orenburg region «On the formation of Council of Nationalities of the Governor of the Orenburg region» from 25.08.2010 №171-UK [Electronic resource]. — Access mode: http://www.mininform.orb.ru/org/nacsovet.html (date accessed: 04.03.2012).

8. Volga federal district. Network for Ethnic Monitoring and Early Warning of Conflict. Bulletin №7, 2001, February 16-28. -Moscow: Publishing IEA, 2001. — 70 p.

9. Uzbekov, I.G. Implementation of the Law of RF «On national-cultural autonomy» at the regional level. Problems and prospects // Jana Vakyt. — 2007. — №19.

Дискриминация

НКА, национальность, дискриминация, русофобство

Иван Ерменев. Нищая с девочкой-поводырем. 1775 г.

«Дискриминация — ограничение или лишение прав определенной категории граждан по признаку расовой или национальной принадлежности».

Словарь иностранных слов (М., 1979)

17 ИЮНЯ 1996 г. был подписан президентом России и затем вступил в силу Федеральный закон под названием «О национально-культурных автономиях».

Ничего подобного у нас в России никогда не было, и здравое установление можно только приветствовать. Прежде чем перейти к делу, следует дать читателям представление о его главной сути.

Впервые в России национальности получили право и возможность развивать свою культуру не так, как считает нужным безнациональное государство, а так, как считает нужным та или иная национальность. А государству — также впервые — в этом процессе законом отводится лишь роль помощника.

Крайне важно, что отныне согласно этому закону национально-культурная автономия той или иной национальности (далее: НКА) имеет право «получать поддержку со стороны органов государственной власти и органов местного самоуправления, необходимую для сохранения национальной самобытности, развития национального (родного) языка и национальной культуры» (ст. 4 «Права национально-культурной автономии»).

В законе есть нечто даже более важное, а именно — механизм государственной поддержки на всех уровнях исполнительной власти.

Понятно, что государственная поддержка национальных культур требует средств. Поэтому едва ли не самое главное содержание закона — в главе V («Финансово-экономическая основа национально-культурной автономии»). Она устанавливает, что финансирование деятельности, связанной с реализацией прав НКА, должно осуществляться за счет различных средств, в том числе «федерального бюджета, бюджетов субъектов РФ, местных бюджетов. В этих целях могут формироваться специальные федеральные, региональные и местные фонды» (ст.16 «Принципы финансирования национально-культурных автономий»). Пусть читатели хорошо запомнят и проникнутся данной мыслью: бюджеты трех уровней — местного, регионального и федерального — вовлекаются данным законом в дело поддержки национальных культур.

Бюджет, как известно, есть общий карман страны, из которого оплачиваются общие нужды страны. И это очень хорошо и знаменательно, что развитие национально-культурных негосударственных инициатив наконец-то признано такой общей нуждой, которую следует оплачивать из бюджета. По одной этой причине данный закон можно признать эпохальным для России.

Поддержка не ограничивается только языковыми программами. Некоторые пункты закона придают НКА определенные возможности не только в культурном, но даже и в социально-политическом ключе. В частности, НКА имеют право «создавать средства массовой информации, участвовать через своих полномочных представителей в деятельности международных неправительственных организаций. Государственные аудиовизуальные средства массовой информации предоставляют национально-культурным автономиям эфирное время» (ст.15) и т.д.

Кроме того, ст.7 гласит, что при правительстве РФ создается Консультативный совет по делам национально-культурных автономий, который является совещательным органом и действует на общественных началах. Этот совет «представляет и защищает в органах государственной власти (здесь и далее выделено мной. — М.К.) РФ культурные и социальные интересы этнических общностей; участвует в подготовке федеральных программ в области сохранения и развития национальных (родных) языков и национальной культуры, проектов нормативных правовых актов, а также в подготовке других решений, затрагивающих права и законные интересы граждан РФ, относящих себя к определенным этническим общностям; осуществляет консультирование правительства РФ, федеральных органов исполнительной власти по национальным проблемам граждан РФ, относящих себя к определенным этническим общностям». (Постановлением правительства России такой совет уже создан.) Что ни говори, а все это есть уже чистая политика. Таков данный закон.

Завершая экспликацию, обратим особое внимание читателей на то, что закон не содержит абсолютно никаких ограничений по национальному признаку. Самая первая статья закона указывает, что НКА — «это форма национально-культурного самоопределения, представляющая собой общественное объединение граждан РФ, относящих себя к определенным этническим общностям». Определенным, то есть любым известным миру.

Иной подход, если бы он устанавливал столь широкие культурные и политические права по какому-либо эксклюзивному национальному признаку, явился бы не чем иным, как дискриминацией по отношению к национальностям России, исключенным из сферы действия данного закона. И тогда этот закон противоречил бы как Конституции России, так и Всеобщей декларации прав человека, за которую СССР проголосовал на Генассамблее ООН в 1948 г.

КТО СМЕЛ, ТОТ И СЪЕЛ

Как только Закон о НКА был опубликован, весьма многие национальности нашей необъятной Родины восприняли этот факт как руководство к действию.

Прошло всего два года после выхода закона, и в Московской Думе на совещании, проводимом для представителей московских НКА, уже присутствовало 11 региональных НКА (армянская, ассирийская, еврейская, казахская, корейская, курдская, латышская, немецкая, польская, сербская и болгарская), а помимо них оказалось зарегистрировано более 50 местных — в округах. Так, армянских окружных НКА оказалось в первопрестольной ни много ни мало — 10, татарских — 9, корейских — 5, еврейских — 4┘ С тех пор количество и ассортимент московских НКА существенно расширился. В каждом округе каждая НКА получила возможность требовать у префектур — по закону! — помещение для офиса на самых льготных условиях, финансирование местных культурных программ и т.д. и т.п.

Многие НКА уже приобрели не только местный и региональный, но и федеральный статус. Всего в стране сегодня имеется около 200 местных, свыше 100 региональных и 11 федеральных НКА.

Итак, Закон о НКА заработал и начал приносить конкретные плоды для культурного развития и защиты национальных интересов многих национальностей.

Национальностей в России много. Пока федеральных НКА у нас гораздо меньше, чем могло бы быть, судя по списку российских народов и народностей. Но отнюдь не потому, что власти чинили им какие-либо препятствия. Просто не все из них оказались столь же организованными, дисциплинированными, сообразительными и проворными, как вышеупомянутые. Никому из них никаких запретов не ставилось, и вход в данное «царствие небесное на земле» до сих пор был открыт для всех национальностей.

НУЖНА ЛИ СВОЯ НКА РУССКОМУ НАРОДУ?

Русские, как известно, «долго запрягают». Вот и на этот раз понадобилось много времени, прежде чем они оценили благоприятные возможности, предоставляемые законом, и попытались ими воспользоваться.

Основной тормоз, помешавший сделать это раньше, — психокомплекс бывшего «имперского народа», изжившего и завершившего имперский период своей биографии, но еще не осознавшего этого. «Как! — горделиво восклицают критики идеи русской НКА из числа русских общественных деятелей. — Что еще за автономии для русских? Нас загоняют в какие-то резервации?! Какая у русских может быть автономия в Рязани или Костроме? Какая вообще у русских может быть автономия в России? Это что же — автономия от России? Чепуха! Не надо нам никаких автономий!»

Беда в том, что если некоторые русские общественные деятели говорят подобные слова от искреннего непонимания и наивности, то представители противного лагеря используют эту же аргументацию вполне сознательно. Поэтому ее нужно проанализировать досконально.

Отдельно от государства

Как известно, у русских в отличие от десятков народов, проживающих в России в собственных национально-территориальных образованиях, нет своего государства. Ибо Россия пока еще не стала государством русских ни юридически, ни фактически.

Юридически — потому, что первая же фраза Конституции России гласит: «Мы, многонациональный народ России┘ принимаем настоящую Конституцию», чем подчеркивается правосубъектность и суверенность не русского, а именно некоего «многонационального народа». Этой фразой утверждается, в частности, что юридически Россия именно не является государством русских. (Русский народ вообще начисто лишен правосубъектности в стране, созданной русскими предками для своих потомков. Он даже ни разу не упомянут в Конституции.)

Фактически — потому что русский человек хоть и составляет 85% населения страны, но не является хозяином России ни в каком смысле.

Точнее всего будет сказать, что русские де-факто живут и существуют автономно от государства. Не получая, естественно, от этой «автономии» никаких льгот и преимуществ. Что дает русским Россия именно как русским? Ничего.

Защищает ли Российское государство священное право русского народа проживать на своей исторической территории в рамках единого государства, как то подобает государствообразующему народу и как то испокон веку было на Руси? Нет. Государство смирилось с разделенным положением русской нации. Что предпринимает государство для того, чтобы изменить блокадное, по сути дела, положение русского анклава — Калининградской области? Ничего. Защищает ли Российское государство священное право русского народа властвовать в стране, созданной нашими русскими предками? Занимает ли русский народ — государствообразующая нация! — соответствующее положение во властных структурах? Нет. Что предпринимает государство для того, чтобы изменить сложившиеся в российских республиках этнократические режимы, дискриминирующие русских? Ничего или очень мало.

Беззащитное юридическое положение русских в нашей стране вполне целенаправленно и сознательно консервируется государством. Чем иначе объяснить то обстоятельство, что департамент по проблемам русского народа Министерства по делам национальностей был разогнан, не успев создаться? А разве не достоин внимания тот факт, что в Госдуме до сих пор нет не только русской фракции, но даже комитета по проблемам русских?

В современной России вообще нет такой инстанции, куда русский человек мог бы обратиться со своими проблемами, в том числе национально-культурными, не как обычный гражданин на общих основаниях, а именно как русский человек.

Кому развивать русскую культуру?

Могут ли русские в свете сказанного положиться на государство в деле сохранения и развития русского языка, национальных русских традиций, русской культуры, русской системы образования, русской науки? Никак нет.

Тотальный кризис русской культуры — итоговый результат долгой государственной политики — налицо.

Русский язык. Никто не сделал так много, как государство, располагавшее и располагающее центральными каналами теле- и радиовещания, чтобы испохабить великий русский язык.

Гибнут, хиреют от недофинансирования многолетние проекты по сохранению и развитию русского языка, по подготовке уникальных русских словарей.

Русская культура. Опять-таки вспомним сегодняшние электронные СМИ, определяющие погоду в области массовой культуры. Вот уж кто подлинно загнал русское художественное слово, русский театр, русскую оперу и балет, русскую музыку в резервации!

Мы уж не говорим о состоянии наших музеев, долгими годами не получающих средств на закупку экспонатов. Или библиотек, даже таких крупных, как Ленинка или Историческая.

Русская школа. Она называется русской только по той причине, что преподавание в ней ведется на русском языке. Во что превратились программы по русской литературе и истории! Заметим, что издавна идет подмена: вместо истории своего народа русские дети изучают историю государства России, что вовсе не одно и то же. Но качество даже этой учебной литературы давно вызывает справедливое возмущение родителей и русского ученого сообщества.

Правда, в Москве сегодня действуют три так называемые русские школы, с углубленным изучением русского языка и истории. Для сравнения: еврейских школ в той же Москве более 10, преподаватели и ученики там — только евреи. В «русских» же школах — пестрый национальный состав как учеников, так и преподавателей, прием туда ведется не по конкурсному, а по территориальному принципу, и вообще эти школы просто бьются за выживание. Да еще и ощущают себя ежедневно под колпаком бдительных инстанций.

Русская наука: заботится ли о ней российское государство? На этот вопрос исчерпывающий и трагический ответ дает статистика эмиграции русских ученых и вообще интеллигенции за рубеж.

Итак, снова и снова повторим: русские сегодня существуют в России вполне автономно от Российского государства. Как в политике, так и в культуре. Это факт.

У нас более чем достаточно оснований считать, что русским необходимо самим брать в руки дело русского образования, культуры и науки. А государство должно нам в этом деле помогать, а не мешать.

«Резервации»? Нет, точки роста нации

Одна из главных причин, по которой русским остро необходимо воспользоваться Законом об НКА, состоит в том, что русский народ сегодня находится в аморфном, неструктурированном состоянии. Это во многом связано с переживанием «кризиса идентичности», о чем верно написано в докладе группы Миграняна («НГ-сценарии», 14.06.2000).

Русские не только не хозяева в своей стране, не только брошены своим государством на произвол судьбы, они еще к тому же являются самым денационализированным народом из тех, что проживали в бывших как Российской, так и Советской империях. К концу 1980-х гг. они в массе своей забыли или даже и не знали, что значит быть русским вообще, не понимали, что значит быть русским сегодня. Хотя очень многие в наши дни уже задумались над всем этим, но в целом инерция коминтерновского воспитания еще чрезвычайно сильна, особенно у старшего поколения. Это тлетворное наследие, которое преодолевается верно, но медленно.

Для того чтобы перевести любое вещество из аморфного состояния в структурированное, нужно создать в нем центры кристаллизации. В данном случае необходимо организовать по всей стране сеть легальных русских организаций, которые, опираясь на изучение и пропаганду русской национальной культуры и истории, взяли бы на себя эту функцию: восстановить утраченную «кристаллическую решетку» русского народа, структурировать его, вернуть ему национальную идентичность в полном объеме.

Итак, суммируя сказанное, читатель, конечно, понял, зачем и почему русским, как, может быть, ни одному другому народу России, нужны национально-культурные автономии.

«НЕ ПУЩАТЬ!»

Первыми осознали все это русские люди в Калининградской, Курганской, Свердловской областях и Карачаево-Черкесии. Проявив немалое упорство, настойчивость и деловитость, преодолевая сильнейшее сопротивление местных управлений юстиции, уверявших, что-де закон «распространяется на национальные меньшинства и не распространяется на русский народ», эти первопроходцы сумели зарегистрировать в полном соответствии с законом вначале местные, а затем и региональные русские НКА (далее: РНКА).

17.11.99, соблюдя все требуемые законом формальности, вышеназванные РНКА провели учредительный съезд и учредили Федеральную русскую национально-культурную автономию России (далее: ФРНКАР). Законность этого акта не подлежит сомнению, ибо закон гласит недвусмысленно: «Федеральные национально-культурные автономии граждан РФ, относящих себя к определенной этнической общности, могут образовываться региональными национально-культурными автономиями двух или более субъектов РФ» (ст.5).

Уже более года Министерство юстиции стойко отбивает попытки учрежденной ФРНКАР зарегистрироваться в законном порядке. Документы трижды возвращали учредителям, объясняя при личных встречах, что происходит обычный «футбол», потому что этот вопрос «обсуждался в верхах» и было принято решение: Федеральную НКА русских не регистрировать под любыми предлогами.

Самый первый отказ в регистрации (#01-1705 от 23.12.99), подписанный руководителем департамента по делам общественных и религиозных объединений Министерства юстиции России В.Томаровским, гласил: «Федеральная русская национально-культурная автономия не может быть создана и зарегистрирована на федеральном уровне, поскольку это противоречит положениям «Концепции государственной национальной политики РФ», утвержденной Указом президента РФ # 909 от 15.06.96. В ней констатируется, что национально-культурная автономия как форма национально-культурного самоопределения относится в частности к малочисленным, разрозненно расселенным народам, национальным меньшинствам. В составе России русский народ составляет большинство населения, русский язык является государственным языком. Поэтому регистрация федеральной русской национальной автономии будет фактически означать признание граждан русской национальности в качестве национального меньшинства или малочисленного народа».

С юридической точки зрения в этом ответе Минюста три, мягко скажем, неточности, которых от этого ведомства было трудно ожидать. Во-первых, Закон о НКА, как уже не раз подчеркивалось, не содержит никаких ограничений правосубъектности для любых народов России. Нигде в законе не сказано, что национальным меньшинствам создавать федеральные НКА можно, а большинству — нельзя. Во-вторых, любой закон (в данном случае Закон о НКА) обладает приоритетностью над подзаконными актами (в данном случае указом президента). Если закон расходится с подзаконным актом, должен действовать закон, а не акт. В-третьих, Закон о НКА был подписан президентом после того, как был выпущен упомянутый указ. Любое государственное установление (будь то указ или даже закон) автоматически становится юридически ничтожным в части, противоречащей более позднему закону.

Наконец, как уже говорилось, Конституция России и Декларация прав человека запрещают какую-либо дискриминацию по национальному признаку. Нельзя в стране, где действуют подобные установления, одной национальности что бы то ни было разрешить, а другой то же самое — запретить.

Именно поэтому Закон о НКА вполне ясно и четко определяет: «Образование и деятельность национально-культурной автономии регулируются настоящим Федеральным законом, принимаемыми в соответствии с ним другими федеральными законами, а также общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами РФ в области обеспечения прав и свобод человека и гражданина» (ст.3).

Указав на эти обстоятельства, учрежденная и действующая, но не зарегистрированная ФРНКАР направила на имя министра юстиции Ю.Чайки письмо и вновь пакет документов для регистрации.

Новый ответ Минюста, полученный в сентябре 2000 г., уже не содержал несостоятельных ссылок на ельцинский указ и концепцию. Там были выражены некоторые новые претензии к различным пунктам Устава. Учредители поняли, что, поскольку предела совершенству нет, а практика «заматывания» регистрации («футбол») доведена Минюстом до степени высокого искусства, необходимо искать политическое решение вопроса, чтобы разорвать порочный круг.

РУСОФОБИЯ «В ЗАКОНЕ»

С целью найти понимание и поддержку ФРНКАР обратилась в высшие инстанции исполнительной власти. Но они, естественно, ответили в полном соответствии с той традицией государственной русофобии, о которой сказано выше.

Виртуозное мастерство отговорок и отписок проявили два первых заместителя министра по делам национальностей — А.Поздняков и В.Кирпичников.

Попытка найти поддержку в администрации президента тоже была не слишком успешной. В телефонном разговоре с сотрудником АП В.Хинцагашвили руководитель секретариата ФРНКАР услышал знакомое: какая-де может быть у русских автономия в России? Переубедить его не удалось.

Комитет по образованию Госдумы (председатель И.Мельников, член коммунистической фракции) не ответил вообще ничего. И это просто благородно по сравнению с ответом Комитета по делам национальностей. Там письмо ФРНКАР с просьбой о поддержке было спущено зампредседателя комитета, пламенной защитнице прав и интересов удмуртского народа С.Смирновой. В результате вместо конструктивного ответа на свет явился шедевр административного жанра, разъясняющий просителям: «Согласно ст.10 Конституции РФ государственная власть в нашей стране осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы этих властей самостоятельны. Поэтому конституционные нормы не дают основания Комитету по делам национальностей вмешиваться в действия Министерства юстиции РФ, отказывающегося зарегистрировать Устав ФРНКАР». И далее следовала рекомендация судиться, если что, с Минюстом. Это ли не русофобия, да еще в изощренно издевательской форме?

ЛУЧ НАДЕЖДЫ.

БЛЕСНУЛ И ПОГАС

К его чести, Комитет по культуре Госдумы в лице председателя Н.Губенко сделал то, что Комитет по делам национальностей почему-то посчитал неконституционным и вообще невыполнимым: написал письмо на имя министра юстиции РФ с просьбой зарегистрировать ФРНКАР в соответствии с Законом о НКА и Конституцией России без лишних проволочек.

Руководитель секретариата ФРНКАР был принят первым заместителем министра Э.Реновым, а потом и начальником департамента по делам общественных и религиозных объединений В.Томаровским. Они выслушали все аргументы и проявили понимание. После чего, выполнив определенные требования, ФРНКАР вновь подала документы на регистрацию.

Позднее их еще раз пришлось забрать, дабы внести (казалось, в последний раз) окончательные изменения в устав, после чего, как заверили Томаровский и начальник отдела регистрации Э.Елагин, ФРНКАР наконец будет зарегистрирована. Правда, эти изменения выхолостили из устава все, сколько-нибудь окрашенное в социальные тона. Например, вычеркнуты оказались право «защищать права и интересы русских» и право «участвовать в избирательных кампаниях автономно или в составе блоков с иными общественными объединениями». Оба эти пункта были дословно и буквально списаны с устава уже зарегистрированной Минюстом федеральной НКА «Российские немцы». Но, как уже отмечено, что немцу здорово, то русскому запрещено.

Однако, поскольку задачи сохранения и развития русской культуры, конечно же, стоят у ФРНКАР на первом месте, с такой дискриминацией было решено для пользы дела смириться.

4 января с.г. из Минюста пришел новый отказ. Он мотивирован. ссылкой на ельцинский указ и Концепцию национальной политики России, о которых речь шла выше. Ясно, что решение вопроса будет теперь перенесено в суды вплоть до Конституционного (ибо нарушены именно конституционные права русских людей).

НОЖ В СПИНУ ОТ МИННАЦА

Пока ФРНКАР ходила кругами, начертанными Минюстом, лучший друг всех народов России — Министерство по делам национальностей — не дремал. Попытка русских зарегистрировать федеральную НКА вызвала у этого «друга» весьма болезненную реакцию, которая выразилась в направлении в июле 2000 г. двух документов в правительство РФ. Они именуются: «Проект. Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О национально-культурной автономии» и соответственно «Пояснительная записка» к оному проекту.

Важнейшая для нас суть этих документов изложена в «Пояснительной записке». Вначале авторы хвалят действующий Закон о НКА: «Общественный институт национально-культурной автономии становится эффективным инструментом в реализации прав и свобод в сфере национально-культурного развития, оптимизации межэтнического взаимодействия┘» «Однако, — добавляют они ложку дегтя, — реализация настоящего Федерального закона в социальной практике выявила и ряд существенных недостатков».

Что же так тревожит Миннац? Какой недостаток он находит главным, первостепенным? А вот какой: «1. Отсутствие в законе положения о субъектах права на национально-культурную автономию привело к тому, что в нескольких субъектах РФ, где русские составляют абсолютное большинство населения, учреждаются русские НКА (какой ужас! — М.К.) Ими образована Федеральная национально-культурная автономия русских (кошмар! — М.К.), но Минюст дал отказ в ее регистрации (спасибо ему за бдительность. — М.К.). Основную причину создания НКА русскими общественными организациями органы исполнительной власти рассматривают в намерении иметь дополнительный финансовый источник (это, несомненно, ужасный криминал. Должно быть, все остальные национальности, регистрирующие НКА, и в мыслях не имеют ничего подобного. — М.К.)». Соответственно, в проекте нового закона Миннац предлагает: «Статью 1 изложить в следующей редакции: «Национально-культурная автономия в РФ — это особый вид общественного объединения граждан, относящих себя к определенным этническим общностям, находящимся в ситуации национального меньшинства».

До какой же степени нужно ненавидеть русский народ, чтобы так тревожиться, не перепала ли ему лишняя копеечка!

Унтер-офицерской вдове, конечно, далеко до чиновников Миннаца. Она высекла лишь сама себя, а эти — все свое ведомство (благо, новый министр В.Блохин пока не вошел в курс дела). И покушаются высечь все правительство России.

Правительство же в лице Комиссии по законопроектной деятельности само изо всех сил стремится быть высеченным, ибо уже имело неосторожность одобрить законопроект о поправках к Закону об НКА. Будем надеяться, что Федеральное собрание России (как Госдума, так и Совет Федерации) вовремя остановит русофобов.

ДИСКРИМИНАЦИЯ КАК ОНА ЕСТЬ

Не будем говорить здесь о профессионализме тех, кто подготовил указанные документы. Если «специалисты» не понимают юридического различия между малочисленными народами и национальными меньшинствами — это проблема в первую голову их начальства. Хотя довольно странно получится, когда армяне, корейцы, немцы, евреи, поляки и другие, у кого есть своя государственность вне России, будут пользоваться всеми привилегиями Закона о НКА, а эскимосы, коряки, алеуты, шорцы, тофалары, даргинцы и другие, таковой государственности не имеющие, — нет. Понятно также, что уже зарегистрированные НКА — например, татар и других национальностей, не попадающих в разряд меньшинств, будут немедленно ликвидированы.

Но это в конце концов не наши проблемы. Мы пишем здесь о русских, которые вообще не имеют нигде своей государственности — ни в России, ни за ее пределами. Не успев наделить нас никакими правами и возможностями, русофобы из Миннаца уже спешат их отнять.

Попытка Миннаца изменить статью 1 Закона о НКА есть не что иное, как дискриминация русского народа в самом чистом виде. Ибо многочисленные российские национальности получат государственную поддержку в деле развития и сохранения своих культур, а русские — нет.

Другие национальности смогут осуществить «взаимодействие государства и общества для защиты национальных интересов граждан РФ в процессе выбора ими путей и форм своего национально-культурного развития» (см. преамбулу закона), а русские — нет.

Другие национальности будут сами определять, как им развивать свою культуру, но русским этого права не будет дано, за них все, как и прежде, будут решать чиновники Минкультуры, Минобразования, Миннаца, Минюста. А как они это делают — мы знаем.

Другие народы получат «эффективный инструмент в реализации прав и свобод в сфере национально-культурного развития, оптимизации межэтнического взаимодействия», а русские — нет.

Представители других национальностей будут заседать в правительственном Консультативном совете, чтобы решать там согласно Закону о НКА (ст. 7) и Постановлению правительства от 18.12.96 # 1517 свои не только культурные, но и социальные проблемы и вообще проблемы национальной политики России, но — без русских представителей, которых туда и на порог не пустят.

Наконец, другим народам будут выделены бюджетные средства на развитие своей национальной культуры, языка, традиций, образования, а русским — нет.

Если эта бесстыдная дискриминационная поправка к Закону о НКА пройдет, это будет означать в юридическом смысле полное попрание Конституции России и Декларации прав человека, да и самого Закона (см. ст. 3 «Правовой статус национально-культурной автономии»).

Здесь есть не только правовая, но и нравственная сторона вопроса.

Позвольте напомнить, что русские — 85% населения России — есть основной коллективный налогоплательщик нашей страны. Общий карман — бюджет! — наполняется главным образом именно его усилиями. И оцените такой факт: по неофициальным сведениям, в 1999 г. на нужды многочисленных национально-культурных автономий было израсходовано по всей России свыше 200 млн. руб. Эти деньги, вынутые по большей части из русского кармана, торжественно пронесли мимо русского носа и раздали в руки другим национальностям для поправки их культурного положения.

Что же, это и дальше так будет продолжаться? Если Закон о НКА будет принят в дискриминирующем русских варианте, значит, на нас, русских, будут попросту в принудительном порядке возложены расходы по содержанию других народов, в то время как наша собственная национальная культура задыхается без средств и государственной поддержки! Кто дал право чиновникам Миннаца облагать русских новым косвенным налогом на развитие нерусских культур России?

Это не что иное, как продолжение русофобской практики «пламенных революционеров». Как известно, на 10-м съезде ВКП(б) было принято историческое решение возложить на русский народ бремя по подъему национальных окраин на общероссийский уровень. Эта установка была перевыполнена с лихвой — так, что сегодня русский народ находится на грани истощения своих сил и полного национального вырождения. Мы видим результат. И мы сыты такой политикой принудительного донорства по горло!

Нам казалось, что подобные подходы — в прошлом, что государственная русофобия должна кончиться вместе с эпохой Коминтерна. Ан нет! Она по-прежнему в моде у властей┘

Комментарии для элемента не найдены.